вывести карту выпусков

выбрать выпуск:

отсортировать по рубрике:

выбрать материал выпуска:

Квебекское общество: национализм или патриотизм?

При рассмотрении проблем Квебека и в "английской" Канаде и за рубежом стало уже общим местом говорить о квебекском сепаратизме, во всяком случае, с него начинать. Полагаю, что здесь есть терминологическая неточность. Возможно, в Квебеке имеются и сепаратисты, но в том, что касается программы правящей в провинции и пользующейся поддержкой большинства ее населения Квебекской партии, то в ней идет речь о суверенитете. Сторонники этой программы называют себя не "сепаратистами" и даже не "индепендентистами", а "суверенистами". Политический суверенитет — первая часть формулы "суверенитет—ассоциация". И это не то же самое, что отделение от Канады, и здесь необходимо соблюдать терминологическую ясность. Напомним, что Российская Федерация провозгласила свой суверенитет 12 июня 1990 г., и при этом совсем не подразумевалось ее отделение от конфедерации, именуемой СССР, и вообще распад последнего. Распад произошел более чем через год после череды бурных событий (знаменитый путч ГКЧП). И ни российские "суверенисты", ни декларация о государственном суверенитете России в этом путче (и последующем развале Союза) повинны не были. Как мы видим на этом примере, "суверенизм" не есть сепаратизм.

Другой пугающий и столь же неточный термин — это "квебекский национализм". Причем слово "национализм" по отношению к Квебеку употребляется обычно в самом негативном смысле, совсем не в том "ласковом", в каком употребляли этот термин в 1970-е гг. по отношению к канадским ("общеканадским") националистам типа Уолтера Гордона, да и к большинству либеральных деятелей эпохи Трюдо, которые "боролись против экономического и культурного засилья американцев в Канаде". Фактически этот термин употреблялся как стыдливая замена слишком высокопарному (для культуры англосаксонских стран, с их традиционной сдержанностью) слову "патриотизм". Те, кто помог разбогатевшей наконец до американского уровня Канаде освободиться от излишней экономической зависимости от южного соседа, стимулировал развитие национального канадского капитала и поощрял развитие национальной канадской культуры, сдерживая экспансию "массовой культуры" из США, были никакие не националисты (в негативном звучании этого слова), а самые настоящие патриоты.

Не то же ли самое, что 20 лет назад в Онтарио, происходит сейчас в Квебеке, который наконец освободился от своей "традиционной" экономической отсталости и связанного с ней "комплекса неполноценности". Новое поколение квебекцев, возникшее в результате "тихой революции" 60-х гг. (которая началась с реформы народного образования), успешно занимается бизнесом, наукой и все в большей степени техникой на родном, французском, языке (по переписи 1996 г., родном для 81,5% жителей провинции, языке домашнего общения, для 82,8%, языке, которым свободно владеют 93,4% жителей, тогда как английским — только 40,9%). Представляется в высшей степени нормальным явлением (а никаким не "проявлением национализма") то, что французский язык провозглашен единственным официальным языком провинции. Кстати, это было сделано не "националистической" Квебекской партией, а федералистской Либеральной партией Квебека, ибо Хартия французского языка — Закон №101, принятый Национальной Ассамблеей Квебека в 1977 г., лишь торжественно закрепил, кое в чем даже смягчив, основные положения провинциального Закона №22, проведенного либералами в 1974 г. Не следует забывать и то, что единственным официальным языком соседней провинции Онтарио (с более чем полумиллионным франкоязычным населением) является английский.

Английский же является единственным официальным языком и всех других провинций и территорий Канады, за исключением двуязычного Нью-Брансуика и многоязычных (с 1990 г. 8 официальных языков!) Северо-Западных территорий. Да, федеральные службы на территории всех этих провинций двуязычны, так они двуязычны и в Квебеке, согласно федеральным законам. Так что считать французское одноязычие провинциальных служб Квебека дискриминацией меньшинств и проявлением национализма, а аналогичное, но английское одноязычие провинциальных служб Онтарио так не оценивать — типичное проявление двойного стандарта. Патриот, борющийся за сохранение и развитие языка и культуры родной земли, он и в Квебеке патриот.

К тому же следует подчеркнуть, что пресловутый квебекский "национализм" в настоящее время носит исключительно "лингвистическую" направленность и полностью лишен какого-либо ксенофобского, расового оттенка. Этнокультурная политика, т. е. политика в отношении иммиграции и этнокультурных меньшинств правительства Квебека в настоящее время весьма напоминает "мультикультурализм" федерального правительства Канады. Иммиграционные службы Квебека поощряют иммиграцию в Квебек из любой части света, причем, естественно, при отборе иммигрантов предпочтение отдается тем, кто владеет французским языком, а созданные во всех крупных городах и регионах Квебека "центры приема" иммигрантов предусматривают бесплатное обучение французскому языку тех, кто владеет им в недостаточной степени. Таким образом, в провинции (особенно это заметно в Монреале) возникло многоэтническое, многорасовое, многокультурное общество, весьма напоминающее то, которое давно сложилось в канадских англоязычных городах, но говорящее на французском языке. Так, из 120 тыс. чернокожих жителей Монреаля большинство (более 70 тыс. в 1996 г.) составляют франкоязычные гаитийцы. Среди 100-тысячного еврейского населения того же Монреаля, параллельно давно сложившейся исторически англоязычной общине (впрочем, сейчас она практически уже двуязычна), складывается быстро растущая община франкоязычных марокканских евреев; значительную долю жителей китайских кварталов Монреаля сейчас составляют владеющие французским языком выходцы из стран Индокитая. На автобусных остановках в Монреале городские власти периодически устанавливают большие красочные плакаты с изображением симпатичных лиц из числа "видимых меньшинств" с подписями типа "Волосы курчавые, а сердце квебекское" или "Глаза, как миндаль, а смотрят на мир по-квебекски".

"По-квебекски" не значит "по-антиканадски": ведь следует учитывать, что в Канаде практически везде канадский патриотизм носит "местную" окраску. Канадские патриоты в Онтарио, как правило, гордятся именно Онтарио, то же и в Альберте, и в Британской Колумбии: это и называется "канадская мозаика". Квебек здесь не исключение, и если многие квебекцы считают, и вполне справедливо, что Квебек — это старейшая, наиболее аутентично-канадская и, по их убеждению, лучшая часть Канады (само существование Квебека и его франкоязычной культуры в рамках Канадской конфедерации делает Канаду особенной, уникальной, не похожей на другие страны) — это совсем не "национализм", а вполне может трактоваться как проявление своеобразного канадского патриотизма, и вот тому доказательство.

В ходе общеканадской переписи населения 1996 г. в текст опросника относительно этнического происхождения респондента, были включены "подсказки" 24 вариантов ответов — "английское", "французское", "украинское" и т. п. (оставлены также чистые места для других вариантов; предлагалось и "чистое" или "смешанное" происхождение) — и среди них впервые в истории переписей был вариант: "канадское". (В 1991 г., без такой "подсказки", идентифицировали себя как "канадцы" лишь 2,8% населения страны, притом в Онтарио 5,3%, а в Квебеке лишь 0,3%). В 1996 г. свое этническое происхождение как "чисто канадское" определили 18,7% канадцев (как "чисто британское" — 17,1, "чисто французское" — 9,5%, остальные — либо "прочего", либо "смешанного" происхождения). Так вот, наибольшая доля населения с "чисто канадской" самоидентификацией оказалась именно в Квебеке — 37,7%!

Далее шли Нью-Брансуик (23,9%) и Ньюфаундленд (21%), тогда как в "сверхфедералистском" Онтарио канадцами считают себя лишь 12,1% жителей. Свое "чистое" или "смешанное", но именно "канадское" происхождение указали 3323 тыс. квебекцев (в т. ч. "чистое" — 2656), тогда как французское — 2870 тыс. (из них "чисто французское" — 2056 тыс.), ирландское — 314 тыс. (60 тыс.), английское — 288 тыс. (75 тыс.), итальянское — 245 тыс. (166 тыс.), шотландское — 188 тыс. (31 тыс.), и т. д. Интересно, что свое происхождение как "квебекское" указали только 78 тыс. квебекцев (в т. ч. "чисто квебекское" — 55 тыс.). Учитывая, что в Квебеке проживает 5,75 млн. человек, для которых родной язык — французский, это означает, что значительно более половины франкофонов Квебека считают себя, в первую очередь, канадцами. И очевидно, что в их число попадают и многие из тех 49,4% жителей провинции, которые на референдуме 1995 г. голосовали за суверенитет Квебека (напомним: суверенитет при сохранении экономического союза с остальной Канадой, т. е. фактически в рамках Канадской конфедерации).

Представляется, что при всей расплывчатости терминов "суверенитет", "конфедерация" (заметим, что национальный праздник 1 июля в Канаде более столетия носил название Confederation Day) или "асимметричная федерация" — это совсем не синонимы "сепаратизма", "распада" или "развала" страны, и что специфический канадский патриотизм, "переведенный" с английского на французский язык, не обязательно превращается в реакционный "национализьм". Как показал печальный опыт СССР, злоупотребление подобными ярлыками и жупелами может лишь привести ко взаимному ожесточению и материализации поначалу только мерещащихся призраков. У Канады есть все основания гордиться своей "особой" провинцией — Квебеком. А у Квебека — Канадой.


Аркадий Черкасов

© Интернет-Центр русскоязычной общины Канады, 1999—2000.
© C. S. Arbiter, разработка и поддержка, 1999—2000.