вывести карту выпусков

выбрать выпуск:

отсортировать по рубрике:

выбрать материал выпуска:

Канадский сюрреалист

На Четвертом фестивале архивного кино “Белые Столбы-2000”, проходившем в конце января на территории Госфильмофонда России, обмен мнениями был организован прекрасно. Участники круглых столов и дискуссий старались связать воедино классическое, архивное кино и современный кинопроцесс. Апофеозом полемики было заседание круглого стола под многозначительным названием “Прощание с братьями Люмьерами — конец пленочного кинематографа и новые технологии — что дальше?”.

Высказывались мнения: виртуальная реальность, новые технологии вытесняют традиционный кинематограф. Однако молодой философ и киновед Олег Аронсон резонно возразил, дескать, пока еще не создан, не проявлен субъект потребления этой самой будто бы доминирующей виртуальной реальности. Значит, говорить о замене традиционной системы визуальных образов тотальной виртуальностью преждевременно.

Тем не менее все новые и новые мастера литературы и киноискусства ступают на зыбкую почву киберпространства в поисках нового качества и сильных ощущений. Нашумевшая в прошлом году американская “Матрица” братьев Энди и Лэрри Вачовски — культовая лента стиля киберпанк, ее герои во главе с персонажем Кеану Ривза путешествуют из реального мира в виртуальный. Сознание обретает свойства телесности, физическое тело приобретает новые, невиданные доселе качества. Своеобразный солипсизм: весь мир в моей голове, а я свободно путешествую в мире собственных фантазий и грез.

“Матрицу” признали лучшим фантастическим фильмом года. Спецэффекты, культовый Кеану Ривз, широкая рекламная кампания по всему миру, модная кибермифология — вот слагаемые успеха. Новую ленту канадца Дэвида Кроненберга “eXistenZ” (“Экзистенция”, “Бытие”) сочли недостаточно крупномасштабной и “навороченной” для победы. Так, газета “Сан-Франциско Кроникл” отчего-то объявила “Экзистенцию” упрощенным вариантом “Матрицы”. “Заставьте “Матрицу” превратиться в детскую игру — получите “Экзистенцию”!” — комментировал американский кинообозреватель. Между тем именно ленту Кроненберга следует признать серьезным произведением экранного искусства, а “Матрица” — не что иное, как технологическое упражнение, бессмысленная забава для подростков. Пожалуй, “Экзистенция” и вовсе не имеет никакого отношения к примитивному киберпанку, к так называемому “фантастическому кино”, если понимать под последним набор технических трюков, безграничный авторский произвол и стремление любой ценой понравиться невзыскательному зрителю. Скорее, это шедевр сюрреализма.

Впрочем, существует красивая кинематографическая легенда: Дэвид Кроненберг — отец-основатель и пророк киберпанка. Его лента “Видеодром” (1982) — культовая для поклонников киберпанка картина. Тогда Кроненберг еще не был вхож на голливудские студии. Следующая работа режиссера — “Мертвая зона” по роману Стивена Кинга — принесет ему всемирную известность и значительный доход. “Видеодром” — это скромная по уровню технических средств и бюджету полуторачасовая канадская лента. Никки Брэнд, владелец пиратской студии кабельного телевидения, занимается производством порнографических программ. В конечном счете реальность и видеоизображение меняются местами. Видеокошмары проникают за пределы телеканала, тотальная галлюцинация подчиняет волю Брэнда. Отметим работу Ричарда Бейкера, мастера-гримера из Голливуда, специально приглашенного на картину и сделавшего очень много для ее успеха. Бейкер, неоднократный лауреат премии “Оскар”, конечно, помог Кроненбергу, равно, как и мастера спецэффектов, поработавшие со вкусом, изобретательностью, с извращенной страстью. Однако Кроненберг только на первый, поверхностный взгляд — мастеровитый технолог. На деле он подлинный реалист, иногда, как уже было сказано, сюрреалист (сверхреалист!), работающий с подлинной предкамерной реальностью: физической средой, актерами, их реальными телами, психофизикой и физиогномикой.

“Чем больше я снимаю кино, — рассказывает Кроненберг, — тем больше ощущаю желание проявить строгость, пуризм, иначе говоря, минимализм.

Поэтому такой фильм, как “Экзистенция”, был почти весь снят одним объективом 27 мм. Мне хотелось, чтобы все выглядело просто и четко, как у Робера Брессона, в манере, прямо противоположной манере Брайана Де Пальмы, который часто манипулирует изображением и прибегает ко все большей визуальной сложности. Я не критикую то, что он делает, я его отлично понимаю, но это принципиально другой подход. Кстати, я никогда не прибегаю к трансфокатору, ибо для меня это лишь оптическая игрушка. Тогда как если передвигаешь камеру, перемена перспективы физически помещает тебя в пространство фильма. К тому же трансфокатор означает что-то двухмерное, а двухмерность не отвечает моему пониманию кинематографа.”

“Экзистенция” была представлена в конкурсной программе прошлогоднего Берлинского фестиваля. “Фантастический боевик” — значится на российской видеокассете. На деле перед нами строгая по форме, почти репортажно снятая история в киберпанковской оболочке. Сюжет одновременно прост и сложен. Голливудская звезда Дженнифер Джейсон Ли играет некую Аллегру Геллер, очаровательную девушку-программиста. На основе компьютерно-биологической технологии Аллегра создает многочисленные виртуальные пространства, населяет их персонажами, сочиняет возможные варианты развития событий, варианты взаимодействия участников игры с придуманными персонажами. Всю свою сознательную жизнь Аллегра якобы провела в уединении, выдавая одну феноменальную игру за другой. Весь мир покорен, различные компании борются за право производить сочиненные Аллегрой виртуальные развлечения.

Последнее достижение сообразительной красавицы — игра нового типа под названием “eXistenZ”. И вот в уютном павильоне собирается несколько сотен фанатов, чтобы поучаствовать в презентации-демонстрации новой чудо-забавы. Отобрано двадцать человек, которые вместе с Аллегрой усаживаются на сцене и погружаются в состояние транса. В этот самый момент из зала поднимается, что называется, юноша бледный со взором горящим, в руке у него странный предмет — нечто напоминающее по форме пистолет. Однако квази-пистолет выполнен из каких-то странных материалов животного происхождения — кости, хрящи, неприятная слизь. Впоследствии выяснится, что стреляет пистолет... человеческими клыками!

Итак, молодой человек направляет странное оружие на полузакрывшую глаза Аллегру Геллер и с воплем “демоница, умри!” спускает курок. Раненная в плечо Аллегра падает, юноша успевает выстрелить в бросившихся на помощь, после чего его в упор расстреливают из подлинного огнестрельного оружия. Триллер?! Погодите, дальше события развернутся самым неожиданным образом, и даже искушенные зрители-скептики имеют шанс удивиться.

Другой юноша, дежуривший на входе и не досмотревший личные вещи коварного преступника, бросается на помощь поверженной Аллегре. Зовут его Тед Пикуль (актер Джад Лоу), он станет вторым главным героем “Экзистенции”. Тед уводит Аллегру из павильона. В последнее мгновение один из подстреленных террористом участников сходки бросает благородному юноше: “Здесь их будет очень много!” — “Что?!” — “Никому, никому не верь!!!”

Первые полчаса картины идет подготовка к путешествию в виртуальные миры: Аллегра уговаривает Теда подвергнуться болезненной операции по вживлению в канал спинного мозга специального биоразъема для подключения к игре. Парень смертельно боится. Выясняется, что он едва ли не единственный землянин, до сих пор не игравший в виртуальном пространстве. Наконец, после многочисленных злоключений парень решается на эксперимент. Ему обещано нечеловеческое удовольствие. “Понимаешь, мне нужен друг для путешествия ТУДА!” — внушает Аллегра. А как откажешь красавице Дженнифер Джейсон Ли? Красота — страшная сила.

Операцию осуществили в грязном ангаре бензоколонки. Здесь нашелся фанатичный приверженец Аллегры и ее виртуальных игрушек (знаменитый актер Уиллем Дефо). Бросался девушке в ноги, целовал, что называется, сандалии: “Вы изменили всю мою жизнь! О, Аллегра Геллер!” А потом? Направил на нее оружие: дескать, ты, демоница, должна умереть! Перенесший неприятную операцию по вживлению разъема паренек Тед не может подняться с кресла, ноги отказывают, боль в позвоночнике нестерпима.

Однако изловчился, спустил курок, уничтожил коварного обманщика с бензоколонки. Вспомнил ли он слова неизвестного доброжелателя: “Не верь, не верь никому!”? Неизвестно, ведь Кроненберг не интересуется индивидуальной психологией героев, он создает некую сновидческую реальность, где персонажи и поступки взаимозаменяемы, вариативны. Это своеобразный конструктор. То и дело вспоминаешь признанных мастеров сюрреализма, включая главного кинематографического сюрреалиста Луиса Бунюэля.

Жестокость и отвращение — две основополагающие ценности поэтики сюрреализма. Кроненберг строит свою картину, опираясь именно на них. Жестокое вторжение в человеческую плоть, на грани патологии, на грани отвращения. Загадочное предприятие, где изготовляют биологические тела виртуальной игры из лягушек, склизких угрей и прочей неприятной живности, точнее, уже мертвечины. Сюда попадают герои во время очередного путешествия. Дело в том, что различные игры как бы соединены между собою, из одной игры можно попасть в другую, отыскав очередной биоразъем и подключившись к нему. “Здесь все какое-то грязное, все в крови! — сетует неопытный путешественник Тед. — Это какой-то абсурд, гротеск!” — “Здесь начинается клиника”, — успокаивает его Аллегра.

По сути, Кроненберг предлагает сюжет инициации, посвящения, один из главных сюжетов традиционной мифологии и современной культуры. "Это гадость, я ничего не могу с собой поделать! — Теда едва не тошнит. — Я не хочу здесь больше оставаться. Я не знаю, что здесь происходит. Это совсем не похоже на нашу реальную жизнь!” В ответ Аллегра многозначительно улыбается. В том-то и дело, что все это слишком похоже на “нашу реальную жизнь”. В чем подлинная причина событий? Кто виноват и что делать? Отнюдь не праздные, не фантастические вопросы волнуют героев сумасшедшей картины Дэвида Кроненберга.

“Он двойной агент, мы должны разобраться: кто же за нас!” Ну, это из области фантастики — как же разберешься, кто за нас, а кто против. Тед убивает китайского официанта из того же странного оружия, с которым нас познакомили в начале картины. Тед смастерил его в процессе поглощения пищи из того, что отыскал в заботливо приготовленной китайскими поварами похлебке. Зарядил собственной челюстью да и выпустил в предателя все свои острые зубы. Впоследствии пистолет обглодала собака. Китайский официант оказался ни в чем не виноват. Впрочем, как сказать: “Если даже он не предал нас, то вполне мог предать!”

Зритель чувствует себя весьма неуверенно (удостоверяю исходя из личного опыта!). Концы не сходятся с концами, бесконечные превращения и подмены ставят в тупик. Финал и вовсе приводит в состояние полного шока, ввергает в тоску и оцепенение. Впрочем, потом понимаешь, что за счет безукоризненного мастерства, чувства ритма и стиля Кроненбергу все же удается одержать безусловную победу над Хаосом. Игра не закончена. Жизнь продолжается, общечеловеческий смысл торжествует победу в этой сюрреалистической фантасмагории.

Самое смешное — “Экзистенция” провоцирует на то, чтобы написать десяток совершенно разноплановых рецензий, одинаково восторженных и комплиментарных. Вообще говоря, мне не нравится “Матрица”, я не люблю киберпанк, и почти вся кинофантастика кажется мне необязательной ерундой. Я не верил в “Экзистенцию”. Я смотрел ее ночью. Я крутил ее назад и вперед, пытаясь разобраться, наслаждаясь безукоризненным мастерством режиссера, точностью постановочного решения.

Я не выспался. Наутро был счастлив. Очень хорошее кино. Если выдержишь до конца, потом захочется еще посмотреть.


Игорь Манцов

© Интернет-Центр русскоязычной общины Канады, 1999—2000.
© C. S. Arbiter, разработка и поддержка, 1999—2000.